16.02.2020, 12:34
Глеб Лаврушенко
840

На Ставрополье помнят имена героев восстания в Бадабере

15 февраля исполнился 31 год со дня вывода советских войск из Афганистана. В последнее время о событиях 10-летнего пребывания СССР в этой ближневосточной стране сняты десятки репортажей и фильмов, написаны сотни статей. Их авторы пытались понять: зачем мы там были, кого и от кого защищали.

Например, история о восстании в крепости Бадабер. До сих пор неизвестны детали и имена всех участников того события. Но выяснилось, что среди восставших был и ставрополец. Недалеко от Ставрополя есть мемориал в память о тех событиях.

Ставропольское село Сенгилеевское. Если провести маршрут на карте, то отсюда до той самой крепости Бадабер что-то около четырех тысяч километров. Но эхо событий донеслось и сюда и, что важно, застыло в камне. Здесь, в небольшом селе недалеко от Ставрополя, расположен единственный в России мемориал-памятник восставшим в пакистанском лагере пленным.

Дело чести — не забывать армейских товарищей. Памятник — инициатива местного жителя Николая Жмайло. Здесь и портрет его афганского товарища — Виктора Духовченко. В 1984 году они вместе служили в Баграме: Николай — срочником, Виктор — гражданским служащим. Однажды Виктор Духовченко не вернулся в расположение части.

По всем данным, видимо потерял бдительность. Вошел в магазин — «дукан» афганский. Там, говорят, Виктора ударили по голове, связали и он оказался в крепости Бадабер.

О судьбе Виктора Духовченко долгое время не знали ни сослуживцы, ни родные в Запорожье. Лишь документальные фильмы по центральному ТВ, спустя десятилетия, пролили свет на то, что с ним произошло. По одной из версий, именно Духовченко был лидером мятежа в крепости Бадабер.

Николай Жмайло, воин-интернационалист, руководитель военно-патриотического клуба «Русские витязи»:
«Вы знаете, я, когда узнал, не удивился, а больше подтвердилось его мужество. У него и фамилия даже Духовченко. Дух у него был такой».

Это после завершения конфликта и распада Союза история Бадабера растворилась в десятках и сотнях историй той военной кампании. Но в те годы о восстании упоминалось в оперативных сводках, которые регулярно доводились бойцам. И уж тем более всем было известно, как обращались душманы с советскими военнопленными.

Виталий Цымбал, воин-интернационалист:
«Не считая работы, кормежки, это унижение — их не считали за людей. Хуже рабов. Издевательства шли постоянные».

Крепость Бадабер находилась на территории Пакистана. О том, что там могут удерживать советских пленных, власти этой страны пытались всячески скрывать, потому что официально Пакистан не участвовал в конфликте. И даже когда все произошло — пакистанское правительство максимально засекретило все данные и попыталось уничтожить любые следы самого лагеря Бадабер.

Между тем, в апреле 1985 года, по данным из разных источников, в его застенках содержались около двадцати советских и афганских военных. Среди них и Виктор Духовченко.

Николай Жмайло, воин-интернационалист, руководитель военно-патриотического клуба «Русские витязи»:
«И он был, как в то время говорили, советским человеком. Один, который остался живой там, узбек, он так и сказал: «Когда к нам попал Духовченко, он сказал: «Что же мы тут сидим? Мы же советские!»».

Двадцать шестого апреля 1985 года пленные, воспользовавшись тем, что охрана ушла на пятничный намаз, снимают часовых и захватывают арсенал. Завязывается бой.

Советская разведка перехватывает сигнал радиостанции Исламской партии Афганистана: «Десять русских, находившихся в плену в Бадабере, захватили оружие полка, в том числе ракеты типа «земля-земля», и напали на моджахедов. Несколько человек погибло. Если вы захватите русских или представителей народной власти, будьте с ними предельно внимательны, не ослабляйте охрану».

Отбивая атаку за атакой, восставшие выдвигают требования — встретиться с советскими и афганскими послами, представителями Красного Креста. По некоторым данным, среди восставших был и наш земляк.

Николай Борисенко, воин-интернационалист, руководитель ставропольского краевого отделения всероссийской общественной организации ветеранов «Боевое братство»:
«Всего из Ставропольского края за время Афганской войны было трое пропавших без вести. Среди тех, кто участвовал в этом восстании, — Павлютенков Николай. Он призывался из Невинномысска и он, по некоторым данным, был в числе организаторов».

Пятнадцать часов пленные держались против хорошо вооруженных отрядов моджахедов и подтянувшихся к месту подразделений пакистанской армии. Все закончилось в один миг, когда на воздух взлетел арсенал.

Виталий Цымбал, воин-интернационалист:
«Они уничтожили лагерь, где были артсклады, где была база подготовки боевиков, то есть где их тренировали. Это был не только лагерь подготовки, это было и своеобразным хранилищем боеприпасов. Туда поступали оружие и боеприпасы со всего мира».

Причина взрыва до сих пор доподлинно неизвестна. То ли это намеренный залп пакистанской авиации, то ли шальной снаряд спровоцировал детонацию. Есть версия, что пленные сами подорвали себя, осознавая исход боя.

Сам факт боя и героизма советских воинов был подтвержден позже одним из руководителей той осады и будущим президентом Афганистана Бурхануддином Раббани.

Поэтому все, что мог Николай Жмайло — он сделал. Сохранил память о своем товарище и о тех ребятах, которые показали дух советского воина. И у героев некогда безымянного и малоизвестного подвига есть конкретные имена и фамилии.

Кстати, установлен памятник на базе военно-патриотического клуба «Русские витязи». По словам руководителя клуба Николая Жмайло — полностью на народные деньги. Так что память о подвиге живет: сюда приезжают юнармейцы и участники патриотических клубов из других регионов. А на открытии памятника в 2013 году была и вдова Виктора Духовченко с сыном.

Поделиться:

Последние новости